02
Сб, июль

трудовые права
Typography
  • Smaller Small Medium Big Bigger
  • Default Helvetica Segoe Georgia Times

 

Призыв к бойкоту хлопка, произведенного принудительным детским трудом в Узбекистане от группы активистов гражданского общества Узбекистана
     
 
Европейскому Союзу
Администрации США
Правительству Российской Федерации
Правительству Китая
Европейскому банку реконструкции и развития
Всемирному банку
ЮНИСЕФ
Международной организации труда
   
    
   
                                                          
Копия:
     Международному комитету по хлопку
     Гдыньской хлопковой ассоциации
     Бременской хлопковой бирже
  
   
 
Группа активистов гражданского общества Узбекистана призывает к бойкоту сбора хлопка и производства текстиля, служащих источником принудительного детского труда. В отличие от других развивающихся стран, в хлопковом секторе Узбекистана принудительный детский труд является результатом не бедности, малограмотности населения, не стремления детей помочь своим родителям, а целенаправленной политикой принуждения, осуществляемой правящим режимом Ислама Каримова. Бойкот не затронет интересы рядовых граждан Узбекистан13.10.2009.10 Karakalpakia 2 siteа, фермеров и сельских жителей, поскольку они не только не видят для себя каких-либо выгод от сбора хлопка, но и страдают от этого, т.к. их детей каждый год отрывают от учебы минимум на два месяца. Бойкот затронет интересы только узкой группы лиц, приближенных к президенту, которые контролируют экспорт узбекского хлопка и получают сверхприбыли. Мы надеемся, что бойкот заставит правительство Узбекистана начать реальные реформы в хлопковой отрасли. Прежде всего – это отмена принудительного детского труда и освобождение фермеров от диктата государства в отношении того, что сеять на своих полях и по каким ценам продавать.
     
Уважаемые дамы и господа,
   
Практика принудительного детского труда продолжается в Узбекистане с советских времен. Эта система не только не отменена, но и приобрела еще более уродливые черты. Если при советской власти принудительный детский труд сочетался с определенной заботой государства о состоянии здоровья детей, качестве их питания, развитии социальной инфраструктуры на селе, то сейчас он не компенсируется ни достойной оплатой, ни через общественные фонды. Правящий режим только старается выкачивать больше ресурсов из села, ничего не давая взамен сельским труженикам.
   
Каждый год, начиная с сентября, школы по всей стране, за исключением больших городов, закрываются не менее чем на два месяца. Школьников принудительно, по приказу центральных и местных властей, сгоняют на сбор хлопка, где они работают не менее 8 часов в день, без выходных. При этом они вдыхают пыль, насыщенную остатками химикатов, пестицидов и дефолиантов, обильно применяемых перед сбором хлопка.
      
Сложившаяся практика детского труда в Узбекистане грубо нарушает нормы национального законодательства в области прав ребенка и трудовых прав, а также нормы международного права: прежде всего Конвенцию ООН 1989 г. о правах ребенка; Конвенцию МОТ о принудительном труде (№ 29); об отмене принудительного труда (№ 105); о минимальном возрасте (№ 138); о худших формах детского труда (№ 182).
   
Многие факты свидетельствуют о том, что детский труд обеспечивает не менее половины хлопка, произведенного в Узбекистане. Кроме того, при сборе хлопка активно используется принудительный труд студентов колледжей и университетов, а также провинциальных государственных служащих. За отказ от сбора хлопка следуют жесткие меры административного воздействия, вплоть до исключения из учебного заведения. Имеются случаи избиения детей школьной администрацией за отказ участвовать в хлопкоуборочной кампании.
   
Вознаграждение за детский труд ничтожно. Дети получают за один килограмм собранного хлопка в 12 раз меньше по сравнению с его стоимостью на мировых рынках. Только три торговые компании уполномочены продавать узбекский хлопок, и все они контролируются президентской семьей.
   
Являясь главным источником твердой валюты, хлопковый экспорт Узбекистана не прозрачен и не подотчетен обществу. Режим Каримова использует сверхприбыли от реализации хлопка в личных и узкогрупповых целях, а также для поддержания репрессивной машины, состоящей из армии, милиции, органов безопасности и прокуратуры, которые стали неотъемлемой частью системы принуждения детей и молодежи к труду на хлопковых полях.
   
Что касается взрослого населения в сельских районах, то оно избегает этих современных форм рабства на хлопковых полях, мигрируя из страны в поисках работы и средств к существованию. В стране практически расформирован парк хлопкоуборочных машин, поскольку грабительские закупочные цены на хлопок не позволяют фермерам использовать дорогостоящую технику. В данной ситуации бремя сбора хлопка ложится на плечи детей и студентов. Таким образом они становятся жертвами неэффективной экономической политики правительства, служащей эгоистическим интересам правящего клана.
   
Чтобы добиться демонтажа этой порочной системы, необходимо лишить тех, кто контролирует хлопковый экспорт в Узбекистане, их несправедливых сверхприбылей. Международный бойкот узбекского хлопка мог бы достичь этой цели. Он заставил бы узбекское правительство отменить принудительный детский труд и предоставить фермерам реальную экономическую свободу. Хлопковый сектор в Узбекистане может быть прибыльным без эксплуатации детского и принудительного труда.
   
Но, на наш взгляд, государство должно формировать стимулы для развития эффективной экономики, в том числе в интересах фермеров. К сожалению, пока наблюдается безразличие к актуальным социальным проблемам сельского населения, осуществляется экспроприация ресурсов села, а узбекских детей лишают перспективы достойного образования.
   
Хлопок мог бы стать источником благосостояния фермеров, как это происходит в соседнем Казахстане и Кыргызстане, но этому мешает административный диктат властей. В сложившихся условиях значительная часть взрослого населения на селе сегодня выживает не благодаря хлопку и заботе государства, а заработкам трудовой эмиграции.
   
Мы надеемся, что бойкот узбекского хлопка не будет слишком долгим. Он может быть введен на ограниченное время, чтобы дать шанс узбекскому правительству пересмотреть свой подход к развитию хлопкового сектора, начать его подлинную реформу.
   
Мы предлагаем Европейскому Союзу, администрации США, правительствам Российской Федерации и Китая, используя свои полномочия, ввести ограничения на импорт узбекского хлопка и текстиля, и поддерживать эти ограничения до тех пор, пока узбекское правительство реально, а не на бумаге, не отменит принудительный детский труд.
   
Мы призываем Европейский банк и Всемирный банк воздержаться от финансирования проектов в хлопковом и текстильном секторах Узбекистана, пока не будут осуществлены указанные выше реформы.
   
Мы предлагаем ЮНИСЕФ и Международной организации труда обратить, наконец, внимание на проблему принудительного детского труда в хлопковом секторе Узбекистана и проинформировать об этом международное сообщество. Мир ожидает от вас, дамы и господа, объективной и честной оценки ситуации в этой стране.
   
Мы также призываем бизнес-сообщество на Западе и во всем мире поддержать бойкот и воздержаться от покупки узбекского хлопка и изделий из него, пока узбекский хлопок не очистится от пятен принудительного детского труда.
   
Подписи:
   
Нуриддин Низом, гражданин Узбекистана, проживает в Нидерландах, член Демократического молодежного движения «Уйгон Узбекистан» (проснись, Узбекистан);
   
Дилсора Фозилова, гражданка Узбекистана, проживает в США, член Демократического молодежного движения «Уйгон Узбекистан»;
      
Фармон Хамроев, гражданин Узбекистана, проживает в США, член Демократического молодежного движения «Уйгон Узбекистан»;
      
Сулеймон Мурод, гражданин Узбекистана, проживает в Канаде, координатор Демократической партии Узбекистана «ERK» в Канаде и США;
  
Исмаил Дададжанов, гражданин Узбекистана, проживает в Швеции, председатель Демократического Форума Узбекистана;
   
Рафик Ганиев, гражданин Узбекистана, проживает в Швеции, бывший председатель Ферганского отделения общества прав человека «Эзгулик»;
  
Участники общественного движения «Правозащитный Альянс Узбекистана» и «Солнечной Коалиции», граждане Узбекистана, проживают в Узбекистане, Адрес электронной почты защищен от спам-ботов. Для просмотра адреса в браузере должен быть включен Javascript.
       
Абдулло Тожибой-угли,
Людмила Бабаджанова,
Ольга Барышева,
Светлана Бахрамова,
Вараксин Анатолий,
Вера Запорожец,
Жанна Игнатенко,
Юсуф Имамов,
Карима Камалова,
Людмила Кудрявцева,
Акрамхожа Мухитдинов,
Фарходхон Мухтаров,
Наталья Пантелеева,
Дильшодбек Пулатов,
Валентина Степченко,
Валентина Талипова,
Расул Тожибоев,
Ужов Анатолий,
Елена Урлаева,
Ахтам Шаймарданов,
Юрий Коноплев,
Татьяна Тирбах,
Мурод Султонов,
Олег Сарапулов,
Валерий Макаро,
    
Нигара Хидоятова, гражданка Узбекистана, лидер партии «Озод дехконлар», член «Солнечной Коалиции»;
  
Баходир Намазов, руководитель «Комитета узников совести» член «Солнечной Коалиции»;
  
Абдужалил Бойматов, гражданин Узбекистана, проживает в Ирландии, член Секретариата «Общества прав человека Узбекистана», Дублин;
  
Надежда Атаева, гражданка Узбекистана, проживает во Франции, президент ассоциации «Права человека в Центральной Азии», Ле-Ман;
  
Нигина Маликова, гражданка США, представитель ассоциации «Права человека в Центральной Азии» в США;
           
Кудрат Бабаджанов, гражданин Узбекистана, проживает в Швеции, «Группа за свободу прессы Узбекистана», Тимро;
  
Улугбек Хайдаров, гражданин Узбекистана, независимый журналист;
    
Лутфулло Шамсутдинов, гражданин Узбекистана, проживает в США, правозащитник;
       
Баходир Исамухамедов, гражданин Узбекистана, проживает в Швеции, руководитель
Независимого сайта «Махалля» проекта «Содействие местным органам самоуправления граждан», Стокгольм;
      
Сурат Икрамов, гражданин Узбекистана, председатель «Инициативной группы независимых правозащитников Узбекистана», проживает в Узбекистане;
  
Сафар Бекжан, гражданин Узбекистана, проживает в Швейцарии, член Международного Пен-клуба, Лозанна;
  
Дустназар Худойназаров, гражданин Узбекистана, проживает в Швеции, глава «Общества защиты прав беженцев и вынужденных мигрантов из Узбекистана», Сундсвал;
  
Камолиддин Раббимов, гражданин Узбекистана, проживает в Казахстане, независимый политолог;
  
Хатам Хаджиматов, гражданин Узбекистана, проживает в Норвегии, автор проекта «Ватандош», http://jakob.clan.su/, Улстенвик;
  
Максуд Бекжан, писатель, гражданин Узбекистана, проживает в Норвегии, член Норвежского Хельсинкского комитета, Осло;
  
Алишер Таксанов, гражданин Узбекистана, проживает в Швейцарии, независимый журналист;
  
Ёдгор Обид, гражданин Узбекистана, гражданин Австрии, писатель, Грац (Австрия);
   
Виталий Красиловский, гражданин Узбекистана, проживает в США, эксперт по праву;
   
Закиржон Ибрагимов, гражданин Узбекистана, проживает в Швеции, независимый журналист;
  
Улугбек Зайнобидинов, гражданин Узбекистана, проживает в Украине, правозащитник;
  
Музаффармирзо Исхаков, гражданин Узбекистана, проживает в Норвегии, политэмигрант;
  
Насрулло Саидов, гражданин Узбекистана, проживает в Канаде, бывший депутат парламента (Верховного Совета) Узбекистана;
  
Аваз Фаязов, гражданин Узбекистана, проживает в Украине, лидер украинского отделения партии «Бирлик»;
     
Олег Марутик, гражданин Узбекистана, проживает в Норвегии, председатель Норвежского отделения ассоциации «За демократические реформы и права меньшинств в Узбекистане»;
  
Сергей Горин, гражданин Узбекистана, проживает в Норвегии, председатель скандинавского отделения ассоциации «За демократические реформы и права меньшинств в Узбекистане»;
   
Анвар Хасанов, гражданин Узбекистана, проживает в Швеции;
   
Маруф Абдугаффоров, гражданин Узбекистана, проживает в Швеции, председатель стокгольмского отделения партии «Эрк»;
  
Юлдаш Очилов, гражданин Узбекистана, проживает в Швеции, председатель шведского отделения партии «Эрк»;
  
Феруза Мирзакулова, гражданка Узбекистана, проживает в Швеции, член партии «Эрк»;
   
Машхура Салохиддин, гражданин Узбекистана, проживает в Швеции, журналист;
  
Александр Уринов, гражданин Узбекистана, проживает в Швеции, бывший чемпион Азии по вейтлифтингу;
  
Ян Бефер, гражданин Узбекистана, беженец в Швеции;
    
Андрей Жидик, гражданин Узбекистана, проживает в Швеции;
  
Набижон Акибаев, гражданин Узбекистана, проживает в Швеции;
  
Флора Горохова, гражданка Узбекистана, проживает в Швеции, член партии «Эрк»;
  
Акмал Газиев, гражданин Узбекистана, проживает во Франции.