Среда, сен 26th

Вы здесь: УЗБЕКИСТАН пытки Международный день в поддержку жертв пыток: НПО призывают правительства Центральной Азии прекратить практику пыток

Международный день в поддержку жертв пыток: НПО призывают правительства Центральной Азии прекратить практику пыток

Uzbek bluz
26 июня, в Международный день в поддержку жертв пыток, Коалиции против пыток в Казахстане, Кыргызстане и Таджикистане, Ассоциация «Права человека в Центральной Азии» (AHRCA, Узбекистан, находится в изгнании во Франции), Туркменская инициатива по правам человека (TIHR, Туркменистан, находится в изгнании в Австрии), Хельсинкский фонд прав человека (Польша) и Международное партнерство по правам человека (МГПЧ) призывают правительства стран Центральной Азии выразить готовность к выполнению международных обязательств и проявить усилия к искоренению практики пыток.
   
За последнее время правительствами стран Центральной Азии были сделаны определенные позитивные шаги в вопросах борьбы с пытками. Например, в начале 2017 года Генеральная прокуратура Казахстана приняла план комплексных мер по борьбе с пытками на период до декабря 2018 года; в Кыргызстане в рамках проводимых правовых реформ были приняты процедуры по улучшению документирования пыток в соответствии со Стамбульским протоколом; в Таджикистане гражданское общество было включено в дискуссии о национальной стратегии защиты прав человека до 2025 года; в Туркменистане Национальный план действий по правам человека на 2016-2020 годы предусматривает приглашение Специального докладчика ООН по вопросам независимости судей и адвокатов, что потенциально предоставляет возможности для проведения независимых расследований случаев применения пыток и жестокого обращения; и в Узбекистане президент Мирзиёев в ноябре 2017 года и апреле 2018 года подписал законодательство, запрещающее использование в суде доказательств, полученных в результате пыток, и увеличивающее наказание за применение пыток.
  
Однако, несмотря на эти улучшения, практика применения пыток и жестокого обращения по-прежнему широко распространена в Центральной Азии. Об этом свидетельствует статистика: по состоянию на апрель 2018 года, Генеральная прокуратура Казахстана сообщила о 124 делах, возбужденных в рамках уголовного преследования за применение пыток, а Коалиция против пыток ежегодно регистрирует около 200 случаев; в Кыргызстане в 2017 году Генеральная прокуратура получила 435 жалоб на применения пыток или жестокого обращения; в Таджикистане Коалиция НПО против пыток и безнаказанности в 2017 году зарегистрировала 66 новых случаев пыток и другого жестокого обращения (значительное увеличение цифры по сравнению с предыдущими годами). Из-за крайне репрессивного характера режимов в Узбекистане и Туркменистане, а также из-за отсутствия прозрачности неправительственные организации не могут вести точную статистику, но активисты продолжают получать достоверные сообщения о применении пыток.
  
В срочном порядке необходимо решить острые и злободневные проблемы, связанные с практикой пыток, и только тогда можно рассчитывать на то, что следующие факты не будут повторяться и уйдут  в прошлое:
  
В Казахстане безнаказанность является нормой. Согласно официальной статистике, в период с января по апрель 2018 года было закрыто 173 дела (включая дела предыдущих годов), и только девять были переданы в суд. Государство не обеспечивает безопасность задержанных и заключенных, которые подают жалобы на применение пыток. Жертвы пыток предупреждаются о привлечении к уголовной ответственности за ложный донос, что отпугивает многих от подачи жалобы.
Валерий Чупин умер в марте 2017 года в колонии AK-159/7 после того как был наказан за устное оскорбление учителя в тюрьме. Он и шесть других заключённых были подвергнуты пыткам. Свидетели жалуются на давление и шантаж со стороны администрации колонии в Караганде, куда они были переведены после начала расследования. Следует отметить, что в Казахстане все учреждения, как система исполнения приговоров, так и досудебное содержание под стражей с июля 2011 года находятся в ведении Министерства внутренних дел.
Властям Казахстана следует: регистрировать все жалобы на применение пыток в случае наличия разумных оснований полагать, что пытки могли иметь место; прекратить угрозы уголовного преследования по отношению к людям, подающим заявления на применение пыток, если их жалоба не будет обоснована. Они также должны обеспечить беспристрастность и профессиональность расследования жалоб на применение пыток и гарантировать безопасность жертв и свидетелей.
  
Кыргызстан не установил важнейших гарантий против пыток для лиц, содержащихся под стражей во время досудебного расследования. Например, внутреннее законодательство не предусматривает процедуру habeas corpus. Отсутствие эффективных следственных механизмов продолжает препятствовать установлению правосудия для жертв пыток. С 2003 года, с момента введения в Уголовный кодекс статьи 305-1 (пытки) только несколько полицейских были осуждены по данной статье. Кыргызстан не смог полностью выполнить какое-либо из решений Комитета ООН по правам человека в отношении жертв пыток и другого жестокого обращения.
Наргиз Раджапова утверждает, что 23-25 марта 2017 года она подвергалась пыткам со стороны полицейских с целью оказания давления на нее и обвинения ее мужа в убийстве полицейского. Раджапова сообщила, что полицейские били ее по животу бутылкой воды; одели мешок на голову и не снимали его до тех пор, пока она не потеряла сознание, а также вставляли иглы под ногти. Несмотря на то, что уголовное дело было возбуждено 28 марта 2018 года и касается серьезных процессуальных нарушений, расследование не прогрессировало, а сотрудники, обвиняемые в применении пыток, продолжают выполнять свои служебные обязанности.
Властям Кыргызстана следует создать и финансировать независимый орган, наделенный достаточными полномочиями и компетенциями для проведения оперативных, тщательных и независимых расследований заявлений о применении пыток или других форм жестокого обращения.
  
В Таджикистане законодательство, предусматривающее гарантии против пыток во время предварительного заключения, должно постоянно применяться на практике, поскольку риск применения пыток и жестокого обращения остается особенно высоким на ранних этапах содержания под стражей. Расследования заявлений применения пыток и жестокого обращения редко проводятся эффективно. Отсутствуют механизмы проведения быстрых, тщательных, беспристрастных и полностью независимых расследований. Этот вопрос в сочетании с тем фактом, что наказания в соответствии со статьей 143-1 («пытки») Уголовного кодекса Таджикистана не соизмеримы с серьезностью совершенных преступлений, а виновные в пытках часто пользуются амнистиями, служат дальнейшему закреплению проблемы безнаказанности. Компенсация, выплачиваемая за моральный ущерб, причиненный в результате применения пыток в недавних постановлениях, не является справедливой и адекватной, а внутреннее законодательство не предоставляет жертвам возможности реабилитации, компенсации или гарантий неповторения.
28 марта 2018 года Расулчон Назаров был задержан полицией в связи с подозрениями в незаконном обороте наркотиков. Рано утром следующего дня жена Расулчона узнала, что ее муж был переведен из полицейского участка Сино-2 в Душанбе в больницу Караболо. На следующий день семье сообщили, что Расулчон умер.
  
Тело Расулчона было передано семье для погребения. Фотографии и видеозаписи тела демонстрируют явные признаки избиения, включая кровоподтеки и ссадины на лице; колени, половые органы и живот, а также две одинаковые круглые метки размером 0,5 см на расстоянии 6 см друг от друга на правом локте, которые, как представляется, являются отметками от устройства, используемого для управления электрическим током.
  
Адвокат из Коалиции против пыток и безнаказанности в Таджикистане начала работу по делу в апреле 2018 года и подала необходимые жалобы в прокуратуру города Душанбе и Генеральную прокуратуру. В ходе своей работы по этому делу адвокат сталкивалась с постоянными препятствиями со стороны властей.  Ей не было разрешено ознакомиться с процессуальными документами в материалах дела. Также ею не были получены своевременные ответы на поданные запросы и жалобы.
Властям Таджикистана следует бороться с безнаказанностью путем создания отдельного механизма расследования и судебного преследования случаев применения пыток или жестокого обращения, независящего от официальных лиц, обвиняемых в совершении преступлений. Они также должны обеспечить жертвам пыток и жестокого обращения возможность получения адекватной компенсации, реабилитации и возмещения ущерба. 
  
В Туркменистане сохраняются проблемы, связанные с отсутствием доступа независимых наблюдателей в тюрьмы и места лишения свободы.  Визиты международных наблюдателей в тюрьмы строго контролируются властями и, как отмечает посольство США в Туркменистане, неизвестно, соответствуют ли показанные условия содержания заключенных реальности. В 2016 году представители дипломатического сообщества обратились с просьбой посетить тюрьму «Овадан-Депе», но им было отказано в разрешении.
Тридцать человек, подозреваемых в сотрудничестве с Фетхуллахом Гюленом (предполагаемый организатор попытки государственного переворота в Турции в 2016 году), были задержаны и подверглись пыткам и другим формам жестокого обращения. В основном группа состояла из бывших учителей и студентов туркмено-турецких лицеев. В результате несправедливых судебных разбирательств многие заключенные были приговорены к длительным срокам лишения свободы, и по меньшей мере двое были отправлены в тюрьму Овадан-Депе. В ноябре 2017 года Рабочая группа ООН по произвольным задержаниям признала, что арест 18 из этих лиц был произвольным и настоятельно призвала власти Туркменистана немедленно освободить их и предоставить компенсацию.
Властям Туркменистана следует: выполнить рекомендации Рабочей группы ООН по 18 осужденным по подозрению в сотрудничестве с Фетхуллахом Гюленом и провести независимое расследование всех заявлений о пытках, а также привлечь виновных к ответственности и пригласить с визитом в страну Специальных докладчиков ООН, включая Специального докладчика по вопросам независимости судей и адвокатов.
  
В Узбекистане после критики со стороны Президента практики применения пыток представители государственных органов, обвиняемые в использовании пыток, в течение последних месяцев были привлечены к ответственности. Однако их судебные процессы были закрытыми для общественного контроля, а имена подозреваемых не были преданы гласности. Во многих случаях им было предъявлено обвинение в злоупотреблении властью (статья 301 Уголовного кодекса) вместо применения пыток (статья 235), предусматривающее более легкое наказание за их действия.
Например, несколько официальных лиц в рамках закрытых судебных слушаний были признаны виновными в злоупотреблении властью, а не в применении пыток, в связи с заявлением о том, что они пытали независимого журналиста Бобомурода Абдуллаева. Несмотря на то, что суд был в основном открыт для общественности, были проведены закрытые заседания, посвященные действиям должностных лиц, которые впоследствии были признаны виновными в злоупотреблении властью (статья 301 Уголовного кодекса), а не в применении пыток. Приговор был основан на медицинском заключении, в котором говорится, что Бобомурода Абдуллаева не пытали, хотя в суде были продемонстрированы травмы, полученные в результате пыток.
  
Среди недавних позитивных изменений можно выделить факт, что 22 июня 2018 года Военный суд Узбекистана признал семь бывших сотрудников правоохранительных органов виновными в применении пыток по отношению к Ильхому и Рахиму Ибодовым в сентябре 2015 года. Ильхом умер в заключении. Шесть должностных лиц были приговорены к тюремному заключению на срок от 14 до 18 лет после того, как они были признаны виновными по статьям 235 и 301 ч. 3. Один представитель государственных органов был оштрафован на 70 миллионов сомов (что эквивалентно 7 600 евро). В первый раз в истории Узбекистана четверо заключенных также были признаны виновными в пытках братьев Ибодовых по приказу сотрудников тюрьмы и были приговорены к тюремному заключению сроком от 16 до 18 лет. В данном случае, однако, сохраняются сомнения относительно прозрачности и независимости судебно-медицинских экспертиз, поскольку медицинское заключение показало, что Ильхом Ибодов умер в результате сердечного приступа.
Властям Узбекистана следует: обеспечить открытость и прозрачность всех судебных дел по пыткам; допустить возможность проведения независимых судебно-медицинских экспертиз; и обеспечить проведение расследований случаев пыток с помощью независимых механизмов.