05
Пт, март

СОЦИАЛЬНЫЕ СЕТИ
Typography
  • Smaller Small Medium Big Bigger
  • Default Helvetica Segoe Georgia Times
 
Брифинг для семинара по правам человека, организованного Министерством иностранных дел Федеративной Республики Германии в Бишкеке, Кыргызстане, 22-23 октября 2015г.
   
Данный документ подготовлен нижеперечисленными центрально-азиатскими НПО: Коалициями НПО против пыток в Казахстане, Кыргызстане и Таджикистане, Ассоциацией независимых адвокатов Туркменистана (TILA, находится в изгнании в Нидерландах), Туркменской инициативой по правам человека (TIHR, находится в изгнании в Австрии) и Ассоциацией «Права человека в Центральной Азии» (AHRCA, находится в изгнании во Франции), совместно с Хельсинкским фондом по правам человека (Польша) и Международным партнерством по правам человека (Бельгия).
  
Пытки и другие виды жестокого обращения по-прежнему вызывают серьезную озабоченность во всех центрально-азиатских странах, а безнаказанность виновных в применении пыток является нормой1.
  
Ни одно из правительств стран Центральной Азии не печатает полные статистические данные о жалобах, расследованиях и обвинительных приговорах в отношении виновных, и многие жертвы воздерживаются от подачи жалоб, опасаясь расправы или потому, что они не верят в доступ к правосудию в рамках существующей системы.
  
Начиная с января 2015 г. Коалиция НПО против пыток в Казахстане зафиксировала более 70 новых дел мужчин, женщин и детей, утверждающих, что они подверглись пыткам и жестокому обращению. За тот же период Коалиция НПО против пыток в Кыргызстане зафиксировала примерно 100 новых дел, а Коалиция НПО против пыток в Таджикистане зафиксировала более 35 новых дел. После посещения Узбекистана в 2003 г., Специальный докладчик ООН по вопросу о пытках заключил, что применение пыток и жестокого обращения в этой стране носит «систематический характер». Хотя отсутствие какого-либо эффективного общественного мониторинга не позволяет сделать комплексную оценку ситуации в области прав человека, на основании достоверной информации, которой владеет AHRCA, можно полагать, что пытки и жестокое обращение стали неотъемлемой частью системы уголовного правосудия в Узбекистане и применяются властями для борьбы с оппонентами и инакомыслием. С 2011г. до сих пор AHRCA получила более 165 жалоб из Узбекистана на применение пыток и жестокого обращения в ходе следствия и содержания под стражей, причем 27 из них поступило за период с января по октябрь 2015 г. Из-за репрессивного характера режима, независимые правозащитные организации не в состоянии работать в Туркменистане и невозможно всесторонне изучить ситуацию в области применения пыток, однако активисты в изгнании регулярно получают достоверные сообщения о применении пыток и жестокого обращения. Власти упорно отрицают существование пыток и, по нашим сведениям, до сих пор никому не предъявлено обвинение по статье «пытка», которая была внесена в Уголовный кодекс Туркменистана в 2012г.
  
С точки зрения многих сотрудников правоохранительных органов в рамках системы уголовного правосудия в странах Центрально Азии существует больше стимулов для применения пыток, чем сдерживающих факторов. К примеру, поскольку риск наказания за применения насилия является небольшим, пытки и другие виды жестокого обращения дают возможность наживы, поскольку сотрудники правоохранительных органов и пенитенциарных учреждений часто применяют пытки для получения денег от задержанных и заключенных. Кроме того, качество работы сотрудников правоохранительных органов в странах Центральной Азии до сих пор оценивается по количеству раскрытых преступлений; эта системы повышает риск того, что сотрудники полиции/милиции прибегают к пыткам для получения признания в совершении нераскрытого преступления.
  
Во всех пяти странах пытки применяются в основном в течение первых часов, а иногда дней, содержания под стражей, когда у задержанных часто нет доступа к адвокату и медицинскому персоналу, хотя о случаях пыток также сообщается на более поздней стадии задержания и тюремного заключения.
  
Особому риску подвержены задержанные и заключенные по обвинениям, связанным с национальной безопасностью или «религиозным экстремизмом». Например, в Узбекистане здоровье многих заключенных, отбывающих длительные сроки по таким обвинениям, как известно, сильно ухудшилось из-за жестокого обращения и ужасных условий в тюрьмах. Кроме того, регулярно сообщается о случаях смерти в тюрьме. Власти Туркменистана продолжают скрывать информацию о местонахождении десятков людей, арестованных и осужденных в связи с предполагаемой попыткой покушения на бывшего президента Сапармурата Ниязова в 2002 г. Можно полагать, что многие из них подвергались пыткам, а некоторые, как сообщается, скончались в заключении.
  
НПО, совместно издавшие данное заявление, отмечают, что власти Казахстана, Кыргызстана и Таджикистана недавно впервые предприняли несколько положительных законодательных, институциональных и других шагов (о некоторых из них мы говорим более подробно далее по тексту)2, направленных на борьбу с пытками, и призывают все правительства центрально-азиатских стран следовать положительному примеру своих соседей. Кроме того, мы призываем Казахстан, Кыргызстан и Таджикистан обеспечить, чтобы все законодательные изменения, направленные на прекращение пыток, применялись на практике в полном объеме и чтобы в первоочередном порядке были реализованы наши рекомендации (с которыми можно ознакомиться в конце данного документа) для более эффективного функционирования установленных институтов.
  
Мы убеждены, что все центрально-азиатские государства должны немедленно заняться следующими четырьмя темами, в отношении которых постоянно выражают свою озабоченность и предоставляют рекомендации органы и процедуры ООН по правам человека, а также местные и международные НПО: доступ к правовым гарантиям во время содержания под стражей, проведение медицинских обследований, расследование обвинений в применении пыток, Факультативный протокол к Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания (ФПКПП) и национальные превентивные механизмы. Кроме того, мы призываем власти Туркменистана и Узбекистана к выдаче приглашения Специальному докладчику ООН по вопросу о пытках, чтобы продемонстрировать заявленную ими приверженность борьбе с пытками.
  
ПРАВОВЫЕ ГАРАНТИИ ВО ВРЕМЯ СОДЕРЖАНИЯ ПОД СТРАЖЕЙ
  
Когда новый Уголовно-процессуальный кодекс вступил в силу в январе 2015 г. в Казахстане, Казахстан стал первой страной Центральной Азии, которая прописала в своем национальном законодательстве, что основополагающие гарантии, в том числе доступ к адвокату и уведомлению членов семьи должны действовать в момент или сразу же после задержания. Кыргызстан, Таджикистан, Узбекистан и Туркменистан еще должны выполнить рекомендации процедур и/либо органов ООН, изданные на этот счет в последние годы.
  
Мы приветствуем этот важный шаг, сделанный Казахстаном, но мы обеспокоены тем, что мониторинг применения законодательства на практике, проведенный Коалицией НПО против пыток в Казахстане в последние месяцы, показал, что задержанные часто не информируются о своих правах сразу же после задержания и обычно не имеют доступа к правовым гарантиям до момента доставления их на место содержания под стражей в полиции/ милиции. И даже после этого они нередко содержатся без доступа к адвокату и/или медицинскому персоналу и лишены возможности уведомить членов семьи.
 
Международное право в области прав человека четко определяет, что лицо считается задержанным, как только он(а) «лишен(а) свободы (…) [помещен(а)] в государственное или частное место содержания под стражей, которое это лицо не имеет права покинуть по собственной воле, по приказу любого судебного, административного или иного органа» (напр. Ст. 4 (2) Факультативного протокола к Конвенции против пыток). Правовые гарантии должны действовать с данного момента, чтобы обеспечить защиту от пыток и жестокого обращения независимо от вида задержания.
  
ПРОВЕДЕНИЕ МЕДИЦИНСКИХ ОБСЛЕДОВАНИЙ В СООТВЕТСТВИИ СО СТАМБУЛЬСКИМ ПРОТОКОЛОМ
   
Строгое соблюдение принципов Стамбульского протокола ООН судебно-медицинскими экспертами и другими медицинскими специалистами, психологами и психиатрами, которым поручено обследовать задержанных, может стать важным инструментом в борьбе с безнаказанностью.
  
В конце 2014 г. соответствующие Министерства здравоохранения Кыргызстана и Таджикистана стали первыми министерствами в Центральной Азии, которые обязали медицинских сотрудников документировать пытки и жестокое обращение в соответствии с принципами Стамбульского протокола3 во время обследования задержанных. Хотя эти шаги нами приветствуются, правозащитные организации, совместно издавшие это заявление, обеспокоены тем, что у многих задержанных в обеих странах нет доступа к медицинским сотрудникам Министерства здравоохранения. Вместо этого, осмотр проводится медицинскими сотрудниками, которые не являются независимыми по отношению к месту содержания под стражей задержанного.
  
Необходимо создать независимый механизм расследования Во всех пяти центрально-азиатских странах нет независимых механизмов проведения оперативных, тщательных, беспристрастных и эффективных расследований по факту обвинений в применении пыток и жестокого обращения, что на практике приводит к безнаказанности4. После проведения последнего обзора ситуации в Казахстане (в 2014 г.), Кыргызстане (в 2013 г.), Таджикистане (в 2012 г.), Туркменистане (в 2011 г.) и Узбекистане (в 2013 г.) Комитетом ООН против пыток, Комитет рекомендовал каждой из этих стран установить такие независимые механизмы расследования.
  
Жертвы пыток и жестокого обращения часто не обращаются с жалобами из страха за безопасность своей семьи. В ходе судебных заседаний по избранию меры пресечения судьи обычно не интересуются, как с заключенными обращались во время содержания под стражей. Даже если телесные повреждения налицо или когда задержанные жалуются на применение пыток и жестокого обращения во время заседаний по избранию меры пресечения, в большинстве центрально-азиатских стран судьи обычно не требуют проведения расследования по факту этих обвинений. Прокуроры редко возбуждают расследования по факту применения пыток и жестокого обращения в ходе выполнения своей функции надзора над процессом уголовного расследования. Коалиции против пыток в Казахстане, Кыргызстане и Таджикистане отмечают, что обычно расследование возбуждается лишь после того, как пострадавшие, адвокаты, местные или международные правозащитные организации или СМИ оказывают давление на органы власти.
  
По сведениям Коалиций против пыток в Казахстане, Кыргызстане и Таджикистане, а также AHRCA, рассмотрение обвинений в применении пыток во многих случаях проводится внутренней службой безопасности соответствующих Министерств внутренних дел или других правоохранительных органов, чьи сотрудники сами причастны к деяниям, упомянутым в жалобе. Как правило, эти внутренние службы безопасности отклоняют обвинения как необоснованные и, в результате, уголовные дела возбуждаются лишь в немногочисленных случаях.
  
В тех случаях, когда были возбуждены расследования, они не проводились эффективным образом в подавляющем большинстве случаев. Как правило, следователи не участвовали в сборе доказательств, чтобы всесторонне изучить обстоятельства предполагаемого применения пыток, как например опрос свидетелей и медицинских сотрудников или назначение судебно-медицинской экспертизы; не проводился опрос самих пострадавших и не проводилась очная ставка сотрудников полиции/ милиции и пострадавших. Вместо этого, следователи часто полагались на показания, полученные от предполагаемых виновных и их коллег.
       
Когда расследования проводятся прокурорами, они также часто проводятся неэффективным образом. Прокуроры, также как и полиция/ милиция, заинтересованы высокими показателями раскрытия преступлений. Для достижения этой цели прокуроры могут быть склонны «сквозь пальцы» смотреть на нарушения прав человека, включая пытки, совершенные сотрудниками полиции/ милиции.
   
В тех случаях, когда факт применения пыток и жестокого обращения выявлен в ходе судебного заседания, у прокуроров возникает конфликт интересов. Закон предусматривает, что прокуроры выполняют функции как уголовного преследования, так и контроля законности следственного процесса. В рамках функции уголовного преследования прокурор представляет в суде обвинительный акт, часто основанный на информации, предоставленной полицией/ милицией и другими правоохранительными органами. Выявляя нарушения (включая пытки), произошедшие во время расследования, прокурор подрывает законность собранных доказательств и ослабляет собственные аргументы, представленные в обвинительном акте.
  
Отсутствие прозрачности процесса преследования сотрудников правоохранительных органов по факту применения пыток и жестокого обращения во всех центрально-азиатских странах усугубляет проблему безнаказанности.
  
ФПКПП И НАЦИОНАЛЬНЫЕ ПРЕВЕНТИВНЫЕ МЕХАНИЗМЫ (НПМ)
  
Казахстан и Кыргызстан – это единственные центрально-азиатские страны, ратифицировавшие ФПКПП. За последние несколько лет органы и процедуры ООН неоднократно рекомендовали Таджикистану, Туркменистану и Узбекистану также ратифицировать ФПКПП.
   
Таджикистан предпринял заслуживающий внимания шаг в области мониторинга мест содержания под стражей. Мониторинговая группа, состоящая из сотрудников бюро Уполномоченного по правам человека и представителей гражданского общества, была создана как часть аппарата Уполномоченного и начала посещение мест содержания под стражей в феврале 2014 г. Однако, у группы нет доступа ко всей необходимой информации и документации, а в отдельных случаях администрация мест содержания под стражей, как оказывалось, была заранее проинформирована о посещениях группы. Независимый мониторинг мест содержания под стражей не регулируется национальным законодательством, и правозащитникам не разрешается посещать места содержания под стражей для проведения независимого мониторинга, за исключением участия в посещениях в рамках Мониторинговой группы.
  
В Кыргызстане был создан полностью независимый НПМ при Национальном центре Кыргызской Республики по предупреждению пыток, и он начал проводить посещение мест содержания под стражей в 2014 г. В том же самом году также начал свою работу НПМ, созданный при офисе Омбудсмена в Казахстане. Тем не менее, чтобы казахстанская модель «Омбудсмен+» работала должным образом, НПМ должен быть более независимым от Омбудсмена. Члены НПМ должны иметь полномочия, чтобы самим решать о проведении посещений, которые они желают провести, пользуясь полной независимостью, и иметь возможность немедленно публиковать свои отчеты по результатам посещений. Казахстан также должен принять четкие законодательные решения по вопросу НПМ, чтобы заменить имеющиеся неадекватные положения, которые разбросаны по разным законодательным актам.
  
Рекомендации правительству Федеративной Республики Германии, а также ее дипломатическому представительству в Центральной Азии
  • Выражать озабоченность по поводу продолжающегося применения пыток и жестокого обращения основательным и последовательным образом в отношениях с правительством центрально-азиатских стран; и использовать рычаги давления, имеющиеся у Германии как крупнейшего европейского партнера центрально-азиатских стран, как ведущего государства-члена ЕС и председателя ОБСЕ в 2016 г., чтобы настаивать на реализации конкретных и эффективных мер разрешения этих проблем. В частности, требовать от властей региона осуществления следующих рекомендаций:
Правовые гарантии во время содержания под стражей
  • Кыргызстан, Таджикистан, Туркменистан и Узбекистан должны четко прописать в своем национальном законодательстве, что лицо считается задержанным с момента лишения свободы и внести изменения в свой Уголовно-процессуальный кодекс, чтобы обеспечить, что он бесспорным образом предоставляет все основополагающие гарантии, в частности доступ к адвокату по собственному выбору задержанного, доступ к независимым медицинским сотрудникам и праву уведомления третьего лица с момента задержания. Все центрально-азиатские страны должны гарантировать, что эти положения реализуются на практике.
Проведение медицинских обследований в соответствии со Стамбульским протоколом 
  • Соответствующие Министерства здравоохранения Казахстана, Туркменистана и Узбекистана должны обязать медицинских сотрудников документировать пытки и жестокое обращение в соответствии с принципами Стамбульского протокола ООН во время проведения обследования задержанных.
  • Все центрально-азиатские страны должны обеспечить, чтобы остальные медицинские сотрудники, также проводящие обследование задержанных, также соблюдали стандарты Стамбульского протокола.
  • Все центрально-азиатские страны должны обеспечить, чтобы сотрудники, проводящие медицинское обследование в изоляторах временного содержания полиции/ милиции (ИВС) и в следственных изоляторах (СИЗО) были полностью независимы от органов, в ведении которых находятся эти места содержания под стражей.
Необходимо создать независимый механизм расследования
  • Обязать судей в ходе судебных заседаний по избранию меры пресечения во всех случаях интересоваться у задержанных , которые прибывают из мест содержания под стражей в полиции/ милиции, как с ними обращались, и возбуждать расследование в случае каких-либо оснований полагать, что в отношении них могли применяться пытки и жестокое обращение.
  • Создать и финансировать независимый механизм, наделенный достаточными полномочиями и компетенциями для проведения оперативных, тщательных, беспристрастных и независимых расследований всех обвинений в применении пыток и других видов жестокого обращения. Этот механизм должен быть прозрачным и подотчетным независимому органу надзора.
  • Убедиться, что заявители, их семьи и активисты гражданского общества защищены от каких-либо угроз вследствие подачи жалобы, и что по отношению к сотрудникам правоохранительных органов применяются соответствующие дисциплинарные и, если необходимо, уголовные меры за эти деяния.
  • Отстранять от должности каждого сотрудника правоохранительных органов, по отношению к которому ведется расследование по факту применения пыток и жестокого обращения на протяжении всего следствия.
Создание эффективных национальных превентивных механизмов (НПМ)
  • Таджикистан, Туркменистан и Узбекистан должны немедленно ратифицировать Факультативный протокол к Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания (ФПКПП) и создать эффективный НПМ.
  • В то же время, Таджикистан, Туркменистан и Узбекистан должны предоставить беспрепятственный доступ Международному Комитету Красного Креста (МККК) и экспертным независимым НПО, работающим в области предотвращения пыток, ко всем местам содержания под стражей, а также призывным комиссиям и воинским частям.
  • Казахстан должен обеспечить, чтобы НПМ мог функционировать, пользуясь большей независимостью от Омбудсмена. НПМ должен быть наделен полномочиями, чтобы самому и полностью независимым образом принимать решения по вопросу проведения посещений членами НПМ и иметь возможность немедленно публиковать отчеты по результатам посещений, проводимых Механизмом. Кроме того, Казахстан должен принять единый закон, регулирующий все сферы деятельности НПМ.
Рекомендации, касающиеся, в частности, председательства Германии в ОБСЕ в 2016 г.
  • Включить призыв к борьбе с пытками в качестве ключевого элемента всех программ (в том числе программ по борьбе с терроризмом, радикализмом, торговлей наркотиками и киберпреступностью), когда правительствами иностранных государств проводятся тренинги, оказывается поддержка и осуществляются другие виды сотрудничества с государственными органами, в частности с правоохранительными органами и военнослужащими стран Центральной Азии.
________________________
1. С более подробной информацией о пытках и жестоком обращении в Центральной Азии можно ознакомиться здесь: www.bureau.kz/en/news/kibhr_information/briefing_paper_on_torture _and_other_ill-treatment (Казахстан), http://iphronline.org/wp-content/uploads/2015/09/ torture_in _kyrgyzstan_may_2015.pdf (Кыргызстан), http://iphronline.org/tajikistan-submissions-to-the-un-upr-20150930.html (Таджикистан),  http://iphronline.org/wpcontent/uploads/2012/01/rev _submission_to_the_united_nations_human_rights_committee_jan_2012.pdf (Туркменистан), http://tbinternet.ohchr.org/_layouts/ treatybodyexternal/Download.aspx?symbolno= INT%2fCCPR %2fCSS%2fUZB%2f20 803&La ng=en (Узбекистан).
2. С более подробной информацией на тему положительных шагов можно также ознакомиться здесь: http://iphronline.org/wp-content/uploads/2015/09/Kazakhstan-Kyrgyzstan-and-Tajikistan-need-to-do-more-to-end-torture.pdf
3 С более подробной информацией на тему положительных шагов в области имплементации стандартов Стамбульского протокола и имеющихся проблем в Казахстане,  Кыргызстане и Таджикистане можно ознакомиться здесь: http://iphronline.org/wp-content/uploads/2015/09/ Implementation-of-the-Istanbul-Protocol-in-Kazakhstan-Kyrgyzstan-and-Tajikistan.pdf
4 С более подробной информацией о необходимости создания независимых механизмов расследования в Казахстане, Кыргызстане и Таджикистане можно  ознакомиться здесь: http://iphronline.org/wp-content/uploads/2015/09/Mechanisms-toinvestigate-torture-allegations.pdf